Счастливое детство, престижный институт, непыльная работа, официальный брак, крепкая семья, улыбчивый здоровый ребенок – универсальная формула, этапы жизни «хорошей» девочки, у которой все правильно, которая оправдывает ожидания и не дает соседям повода посудачить. Какая молодец!

Время идет. И вот «уж давно не девочка», уже водит машину и, муж погрузнел и поседел, и, возможно, именно ей предложат должность начальника отдела. Ведь она со всеми в хороших отношениях, и «за выслугу лет», и за сговорчивость и доброжелательность. Но почему-то не предлагают. Это и понятно, если вдуматься. Руководить должен человек, который умеет принимать решения и брать ответственность  на себя. Звезды с неба хватают те, кто к ним тянется.

А время все идет. «Как дела?», «Хорошо...». А то, что работа опостылела, любовь давно прошла, на мужа смотреть не может, и гложет давняя боль, давняя тайна, что если бы однажды не смалодушничала, не поступила «как надо» вместо того, «как хочется», не испугалась...  Впрочем, бывает, что хорошие девочки ломают свою судьбу.

История первая. Эскиз человека в разрезе

«Самое ужасное, что есть в человеке, это мышцы», - говорила моя школьная подруга Инна. – «Знаешь, сколько их? Больше шести сотен! И каждая группа имеет свое название…» Название групп мышц Инна учила в медицинском институте, в который поступила по настоянию матери. Учила с ненавистью к каждой, отдельно взятой мышце, с отвращением к розовым картинкам человека без кожи в анатомическом атласе, учила и сдавала экзамены на «отлично». «В семье должен быть врач», - говорила Мария Матвеевна, мама Инны. Сама она всю жизнь проработала бухгалтером в поликлинике, и, видимо, понимала, что врач должен быть именно свой, родной, а то мало ли… Врачи – они такие, их без специальных знаний не поймешь, не проконтролируешь.

Инна закончила школу с золотой медалью, занималась гимнастикой, училась в художественной школе. Идеальный ребенок, что и говорить. Никаких гормональных взрывов, никаких экспериментов с внешностью – мама очень довольна. Когда Инна закончила третий курс, Мария Матвеевна стала подыскивать ей работу. Лучше раньше, дело-то серьезное. На практику Инна пошла в мамину больницу, в тяжелую неврологию. Работала хорошо, начмед был тоже ею доволен. Инна не только отлично знала «все группы мышц», но и была внимательна к больным. В обеденный перерыв рисовала портреты: старшая медсестра в белом высоком, как поварской «колпаке», бабушка из «поправляющихся» у окна, посетитель дежурит у кровати больной матери. Портреты были не простые, каждый – с характером, с деталью. У Инны явно были способности к рисованию. Начмед потом распорядился повесить их в холле больницы.

После зимней сессии четвертого курса Инну рекомендовали на именную стипендию, а она…  ушла из мединститута.

- Я всегда ненавидела медицину, - объяснила она столь странный поступок. – Училась, потому что не хотела перечить матери. А вот как повзрослела, как поняла, что могу – так сразу и ушла.

- Но ты прекрасно училась! Медицинский – отличное образование...

- Да, я помню. В семье должен быть врач. Но я хочу рисовать.

История вторая. Копейская дочка

Маша была немного странная. Как бы это сказать... Как будто блаженная слегка. Бывало летом сядет на травку лицом к солнцу, глаза закроет и сидит. Пятнадцать минут сидит, полчаса сидит... Спросишь ее: «Чего сидишь-то?», а она ответит: «Я купаюсь в лучах заходящего солнца». И улыбается, конечно. Она вообще была улыбчивая, моя однокурсница Маша из далекого города Копейска. Смешное название, но такой город на самом деле есть, находится где-то на Урале и названием свои обязан вовсе не копейке.

На летней сессии на экзамене по литературе Маше стало плохо. Мы решили, что перезанималась, недоспала, однако ж скоро стало ясно, что дело не в рьяной учебе – у Маши стала стремительно исчезать талия.

Сокурсницы заволновались, Машку стали жалеть. Поймите меня правильно, город Копейск, наверняка, прекрасный город, но учеба в Московском вузе гораздо интересней и сама по себе есть занятие более перспективное, чем стирка пеленок за Уралом. Пеленки никуда не денутся, нам по 19 лет, а вот  если уйти в академку, да еще не на один год, да еще после первого курса, восстановиться практически нереально. Короче говоря, стали Маше советовать хорошего врача.

Машка внимательно выслушала подруг, адрес и телефон врача записала. Кажется, даже сходила на прием.

А потом пошла и написала заявление на отчисление. Объяснила просто, без пафоса и обреченности: «Девчонки, я так решила. Я хочу, чтобы этот ребенок родился».

Кто будущий отец, мы не знали, но Машка сказала, что говорила с ним, ребенка он не хочет. И будущая бабушка, мама Маши, тоже была против – плакала в трубку, просила дочь не ломать себе судьбу.

В августе Машка уехала в Копейск, мы потерялись лет на 17.

История третья. Театр и недвижимость, как два полюса творчества

Мы встретились со Светкой в кафе на Стретенке. Просто поболтать, давно не виделись. Я знала, что Светка работает в небольшой коммерческой газете, пишет заказные статьи о недвижимости, растит сына и вообще – все у нее в порядке. Может быть, не так высока зарплата, как хотелось бы, но газета успешно пережила кризис, и увольнения Светку не коснулись, в отличие от многих из нас. Место хорошее, надежное. Есть богатый спонсор-издатель, а это в нашем бизнесе большое дело.

Встретились мы, сели за столик, взяли по крепкому кофе и вдруг, как гром среди ясного неба, оброненная вроде невзначай фраза:

- А я с работы ушла.

- Как? – изумилась я. – Сократили?

- Нет.

- Конфликт?

- Нет ...

- Но почему?

- Мне невыносимо скучно...

И это говорит взрослая женщина, мать-одиночка, на которой лежит финансовая ответственность за воспитание сына-первоклассника!

- Ты нашла работу получше?

- Нет...

- Света, это несерьезно!

- Я знаю, - улыбнулась Светка. – Но, понимаешь... Не могла больше сидеть в этом болоте. Это тупик, там некуда больше расти ни в карьерном, ни в финансовой смысле. И даже не это главное. Это полный тупик в плане творчества. А наша с тобой специальность все же творческая, нужно хоть немного любить то, что делаешь. Я поняла, что если я не поменяю свою жизнь сейчас, немедленно, я просто превращусь в живой труп. Я так и буду тянуть эту лямку – нелюбимую, постылую работу. Годами буду тянуть, потому что вроде платят, потому что неразумно уходить в никуда. А пока сидишь вот так, пока и новых предложений нет. Проверено.

- Сейчас не самое лучшее время для поиска работы... Много народа поувольняли, рынок рабочей силы переполнен. Может нужно было бы еще подождать?

- Может быть. Но я решила изменить свою жизнь сейчас.

Кто-нибудь назвал бы это решение мудрым? Я таких людей не знаю....

История четвертая. Большая любовь как альтернатива идеальному браку

У Яны я была свидетельницей на свадьбе. Когда они с Андреем только познакомились, было понятно, что «мальчик перспективный». Отличник, умница, красавец. Через год после окончания института ему предложили хорошую работу в банке. Зарплата держалась в тайне – значит, была хорошая. Еще через год Янка родила дочку. Еще через два – Андрея повысили, да так, что они купили большую квартиру, вторую машину и дачу на Истре.

Янка не работала, растила ребенка, занималась обустройством дачи, которая вскоре превратилась в замечательный загородный дом.

Мы, конечно, завидовали, честно говоря. Мало того, что материально Янка и ее дочь были «упакованы» на все сто, так Андрей еще и был прекрасным семьянином. Любящий муж, заботливый отец, хозяин  в доме – он даже «вагонкой» третий этаж сам оббил. Идеальный муж, да и только.

Прошло лет семь после их свадьбы. И вот, однажды, когда я позвонила Янке, трубку взяла мать Андрея.

- Яна здесь больше не живет...

- Что случилось? – замерла я.

- Она ушла от Андрея, - сухо сказала та и положила трубку.

Я позвонила Янке на мобильный.

- Да, - подтвердила она. – Мы расстались. Я подала на развод...

- Но, что случилось?

- Я ведь его никогда не любила...

- Он обижал тебя?

- Никогда, что ты.

- Может быть, загулял? С мужиками это бывает, Яночка, пройдет.

- Нет, он слишком порядочный для этого.

- У тебя кто-то появился?

- Нет, я же говорю, я просто его не люблю. И никогда не любила.

- Но как ты теперь будешь жить?

- Не знаю, - вдруг засмеялась Янка. – Но главное, я не буду больше жить с нелюбимым человеком.

История пятая. В жизни не бывает сослагательных наклонений

Жила была в Москве семья. Хорошая семья, приличная – все как у людей. Квартира, пусть небольшая, но своя. Дача, пусть не шикарная, но в хорошем месте. Машина, пусть недорогая, но новая. Муж работает, жена работает, шестилетний сын ходит в детский сад. Сделали косметический ремонт, съездили в отпуск в Анталью. Жизнь понятна и предсказуема, налажено течет по намеченному руслу.

И вдруг новость – уезжают в другую страну на постоянное место жительства. Ну, насколько, на постоянное – время покажет, но посыл таков. В другой стране нет ничего, только статус законного проживания. Жене работа по специальности точно не светит, потому как ее профессия очень ориентирована на языковую среду. Обоим – по сорок лет, в таком возрасте менять образ жизни, культурную и языковую среду – дело непростое. Муж – коренной москвич, город свой любит и знает, для него этот шаг особенно непрост.

Приходили друзья проводить, сидели как на похоронах. В воздухе висел вопрос: «Зачем?». Работа там нет, жить негде, ребенку придется идти в местную школу, а он не только ни слова не знает  на местном языке, но и весь в логопедических проблемах. Как ему там будет, сможет ли... Впрочем, у взрослых язык тоже, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Ради чего такие перемены?

Ответ прост и, возможно, не очень мудр для людей взрослый и ответственных. Лучше жалеть о том, что сделал, чем о том, что не сделал. Или так – если дается шанс, его надо использовать, чтобы потом не думать, что «эх, если бы тогда... Все бы сложилось по-другому». В жизни ведь не бывает сослагательных наклонений.

Эпилоги без особой морали

Сейчас Инне тридцать, она арт-директор в крупном рекламном агентстве. История успеха, правда? Правда, между уходом из медицины и должностью арт-директора, было три года безденежья, скандалов с матерью, отчаяния и слез. Это в прошлом, но это было, и чтобы преодолеть сложности, нужно было иметь силу воли, настойчивость и веру в себя.

С Машкой мы встретились случайно в Турции, на пляже. Она была с мужем и тремя очаровательными детишками, если конечно, можно назвать «детишкой» ее старшую дочь шестнадцатилетнюю высокую красавицу. Младшие дети – шестилетний Миша и трехлетний Влад были очень похожи на своего отца, нового Машиного мужа. Счастливый брак, довольная Машка, старшая дочь зовет отчима папой. 17 лет назад Маша не стала делать аборт , который, что греха таить, был логичным выходом из создавшейся тогда ситуации. Почти десять лет мать пилила ее за необдуманный шаг, почти десять лет Машка работала секретарем в маленьком провинциальном городке. Сколько раз ревела в подушку – не сосчитать. Впрочем, о принятом  решении ни разу не пожалела. А потом случайно познакомилась со своим будущим мужем, человеком добрым и состоятельным во всем смыслах. И счастлива.

Светка сейчас работает фри-ланс, она театральный критик. От заказов отбоя нет, на постоянную работу «в присутствие» выходить не собирается. Пишет она очень хорошо, уж больно увлечена темой. Может быть поэтому, и платят ей по особому тарифу.

Яна недавно вышла замуж. Утверждает, что по большой любви. Утверждает, что счастлива. По крайней мере, я с удивлением отметила, что Янка-то, оказывается, очень смешлива. Раньше она все больше хранила серьезное молчание, а сейчас улыбается, радуется.

Вот такие истории.

Каждая по-своему поучительная, основная же идея одна – люди решили изменить свою жизнь не под давлением обстоятельств, а по собственному желанию. Их решения шли не от извечного «так надо», «так принято» или «так поступают все», и никому из моих героинь никто не прогнозировал успех. Могла ли Маша не встретить своего мужа? Конечно. Таких историй тысячи. Могла ли Инна оказаться не хорошим художником, а посредственным любителем рисования. Безусловно. Поэтому я вовсе не призываю немедленно бросать все и всех, как только закрадется  малейшее  сомнение в правильности жизнеопределяющих решений. Я призываю только не бояться что-то менять, не плыть по течению, если есть ощущение, что течение несет в болото.

А что касается пятой истории, то я даже и не знаю, что написать в эпилоге. Муж работает, сын учится и занимается  спортом. Английский стал для него предпочтительным языком, что понятно - все-таки восемь лет, но русский тоже очень хороший. Все нормально, обычно и обыденно. Что же написать в эпилоге... Нет, знаю - у нас в эпилоге - девочка! Маленькая замечательная девочка, которую я вряд ли решилась бы рожать, если бы жизнь сложилась по другому. Нет, вторые дети не обязательно появляются за границей, просто в моем конкретном случае получилось именно так.